Для улучшения работы сайта и его взаимодействия с пользователями мы используем файлы cookie и сервисы Яндекс.Метрика и LiveInternet. Продолжая работу с сайтом, вы даете разрешение на использование cookie-файлов и согласие на обработку данных сервисами Яндекс.Метрика и LiveInternet.
Вы всегда можете отключить файлы cookie в настройках браузера.
Играет «Короля и Шута», слушает Metallica, поет Антонова. Откровения руководителя мужского хора
С конца июня над золотыми куполами церквей и красавицей-Каменкой разносятся песнопения. Что за дивные звуки, наполняющие негой сердца слушателей? Это поют талантливые участники международного фестиваля духовной музыки «Голоса Суздаля». Под сводами храмов древнего города выступают коллективы из разных уголков нашей страны, в их числе и мужской хор Спасо-Евфимиева монастыря. Пока есть время, а финал летнего события запланирован на 31 августа, «Ключ-Медиа» решил приоткрыть завесу тайны творческого пути главы знаменитого квинтета и пообщался с его художественным руководителем Антоном Пахомовым.
С музыкой наш герой связан с юного возраста: его папа играл на электрогитаре и пел в ВИА «Весна» при заводе «Точмаш», где работал, а маленький Антон с мамой ходил слушать главу семейства с гордостью. В 5 лет кроху отдали учиться во Владимирскую капеллу мальчиков. Сейчас собеседник признается, что в таком возрасте, естественно, осознанного желания петь в хоре не имел, однако мудрым родителям, решившим его судьбу, безмерно благодарен. После школы поступил в муниципальное училище музыкально-исполнительского мастерства, затем окончил консерваторию в Нижнем Новгороде.
«Кажется, я никогда не думал о других направлениях и профессиях всерьез, — говорит он. — Меня всегда вела музыка. И я продолжаю путь с чувством, что нахожусь на том месте, где должен быть. Это хорошее ощущение, дающее простор для творчества. Я не только пою, но и играю на нескольких музыкальных инструментах: у меня дома фортепиано и электрогитара. Вечерами иногда исполняю что-то для своей девушки. В планах освоить дудук».
Костяк мужского хора — пять человек. Каждый из них обладает уникальным тембром голоса и исполняет собственную партию. Они сливаются в гармонию, радующую и восхищающую людей.
«Благодаря тому что мы чаще всего поем в храмах, есть возможность звучать в акустике — она обволакивает, умножает и украшает голос. Я чувствую те эмоции, которые испытывают зрители, и даже им немного завидую. Всегда хотелось послушать нас со стороны, почувствовать эту энергетику. Отдельно хочу сказать о Спасо-Преображенском соборе. В нем нет иконостаса, поэтому звук усиливается, отражается, что дает необычайную глубину и объем. Нас даже спрашивают, стоят ли колонки? Отвечаю сразу: нет, это чистое звучание».
Творческая деятельность коллектива богослужениями не ограничивается. Она включает в себя духовные программы, такие как «Поющие фрески», «История Суздаля в песнопениях», а еще светские — с романсами, военными, казачьими и народными песнями. Квинтет гастролирует по региону и за его пределами. Что же касается фестиваля в Суздале, то идея его организовать возникла у Антона два года назад. Она оказалась настолько хороша, что событие проводится уже второй раз.
«Я благодарю всех, кто его поддержал: Владимиро-Суздальский музей-заповедник, Владимирскую Епархию, людей, которые помогли в реализации. Отдельное спасибо хочу сказать команде — без нее не справился бы. На этот раз концерты и богослужения можно услышать не только в Суздале, но и в храмах района, локациях под открытым небом. Во Владимирскую область приезжают лучшие коллективы, уникальные исполнители».
К ним со всей ответственностью отнесем и суздальский хор под руководством Антона Пахомова. Он показал себя не только талантливым исполнителем и управленцем, но также открытым человеком. Подробно и честно он ответил на все каверзные вопросы, которые мы ему задали.
1. Во дворе вы были обычным мальчишкой, пинающим мяч и лазающим по деревьям? Не сталкивались ли с буллингом в детстве из-за занятий музыкой?
— Учеба в капелле мальчиков не почиталась сверстниками. Согласно стереотипам, ребята должны были заниматься спортом. А выражение «поет в хоре» являлось для уличных мальчишек, как бы сейчас сказали, триггером. Их тянуло задеть словом, что-то отнять. Но у нас имелась своя компания, способная дать отпор. Так что буллинга удалось избежать. А в старших классах появились и очевидные плюсы. Произвести впечатление на девушку не составляло труда — я мог что-то спеть или сыграть.
2. Вы лауреат международных и всероссийских конкурсов, фестивалей, выступаете с духовными программами. При этом стараетесь поддерживать современное искусство. Например, исполняете народные и популярные песни, участвовали в проекте театрального товарищества «Завод». А согласились бы вы исполнить вирусный хит, как это сделал в своей манере Московский военный хор? Как относитесь к подобному творчеству, и где проходит тонкая грань касательно репертуара?
— Три года назад мы участвовали в проекте Первого канала «Поем на кухне всей страной». Нам пришлось делать оригинальные аранжировки современных песен, например, Розенбаума или Малинина. Дойдя до финала, мы выбыли, но не разочаровались. Там соревновались целые семьи, а им, уверен, денежный приз был гораздо нужнее, чем нам. Мы же получили бесценный опыт, который нас закалил. Теоретически, хит могли бы исполнить. Надо только аранжировку или переложение хорошее сделать. И самое главное, чтобы он нам нравился.
3. Есть ли для церковной музыки строгие критерии? Например, можно ли вам экспериментировать со стилем исполнения, брать на тон выше или ниже, чем положено?
— Строгих критериев нет. Мне нравится добавлять новые ноты в каком-нибудь песнопении, импровизировать. По настроению. Тут главное — не испортить. Это приходит с опытом. Когда голос не в лучшем состоянии, уставший или больной, то задаю тон гораздо ниже обычного. Это дает возможность уменьшить нагрузку на связки. Иногда берем выше, чтобы придать произведению более светлое звучание. Оно зависит не только от тональности — знакомые песнопения в исполнении разных хоров отличаются. Возьмем известную молитву Богородице. Мы нашли то звучание, которое близко нам, в акустике нашего храма воспринимается лучше. И, судя по отклику, выбор оказался верным.
4. На выступления участники вашего коллектива надевают подрясники. Это хоровая форма? Раскройте секрет: что носите под ней?
— Мы надеваем их на богослужения или концерты, где поем духовную музыку. На право их носить дается специальное благословение. Под ними — обычная одежда, в идеале — белая рубашка и черные брюки. Но можно выбрать джинсы или свитер — это вполне допустимо. Понятно, что шорты с майкой исключены. Равно как и в храм человек, уважающий православные традиции, в подобном виде не придет.
5. Какую музыку вы слушаете в обычной жизни? Позволяете себе потрясти головой под хэви-метал или ограничиваете слух классическими произведениями и церковными песнопениями?
— Какой хороший вопрос! В музыкальном плане я «всеяден». Все зависит от настроения: могу за рулем включить классическое произведение или Metallica. Люблю Pink Floyd и Duran Duran. На гитаре иногда играю «Короля и Шута», а в караоке не против исполнить песни Антонова.
НАПОМНИМ!У нашего интернет-журнала есть свой телеграм-канал. Обязательно подписывайтесь на него и следите за новостями от «Ключ-Медиа» в популярном мессенджере.
6. Голос — ваша ценность. Как его сохранить и чего стоит опасаться? Точно знаю, что певцам нельзя употреблять семечки и орехи — они задерживаются на связках. Что еще?
— Не менее опасны, чем семечки, холодное молоко и мороженое, перегрузки: физические, а также эмоциональные. Очень важно, чтобы связки успевали восстанавливаться. Для этого нужен непрерывный 8-часовой сон, согревающий напиток. Мне нравится зеленый чай с молоком. Главное, не кипяток. Во время болезни требуется соблюдать голосовой режим: нельзя петь и нежелательно говорить. Лечиться стараюсь старыми проверенными способами, но без фанатизма. Если чувствую, что не справляюсь, — сразу к доктору. Конечно, врач-фониатр у нас есть. И еще одна интересная особенность — перед выступлением лучше много не смеяться. Петь будет сложно. Проверено на себе!
7. Тексты церковных песнопений сложные и порой труднопроизносимые. Было ли такое, что сбивались во время исполнения, забывали слова или чересчур долго их заучивали?
— Конечно, случалось. И это абсолютно нормально. Мы же люди. Бывает, перепутаешь слова, стоишь, краснеешь, а никто ничего не заметил. Тут больше важна энергетика и отношение нас самих к тому, что делаем. Оно у нас искреннее, идет от чистого сердца и души. Слушатели это чувствуют.
8. Вы — автор множества оригинальных аранжировок для мужского хора. А пишете музыку для себя в другом жанре? Возможно, мы ее даже где-то слышали на просторах Сети?
— Мне нравится просто импровизировать на электронном пианино. Включить звук органа, играть, наслаждаясь его звучанием. Я написал несколько композиций, одна из которых открывает программу «Поющие фрески». Аранжировки предпочитаю сочинять для нашего хора. Это куда интереснее, так как можно взять любое произведение, даже инструментальное, и заставить его звучать нашими голосами. Нужно его почувствовать сердцем, понять. Это относится в принципе ко всему, что мы делаем. Без любви мы стараемся, а с любовью — делаем!
