Для улучшения работы сайта и его взаимодействия с пользователями мы используем файлы cookie и сервисы Яндекс.Метрика и LiveInternet. Продолжая работу с сайтом, вы даете разрешение на использование cookie-файлов и согласие на обработку данных сервисами Яндекс.Метрика и LiveInternet.
Вы всегда можете отключить файлы cookie в настройках браузера.
Мехенди в салоне Тимати и другие звездные коллаборации владимирской художницы
О прекрасных коронах Дарьи Безгачевой для фотобогинь и цариц «Ключ-Медиа» уже рассказывал. А оказалось, что руки талантливой девушки и не на такое способны! Пройдя классический творческий путь во Владимире, художница в 2010-х годах нашла себя в необычном направлении — стала одним из первооткрывателей мехенди в городе. Тогда узорная хна на теле не котировалось, коллеги намекали Дарье на неудачный выбор хобби. Однако, время идет. Семь лет, как художница переехала в Москву: сотрудничает с крупными блогерами, делает мехенди в тату-салоне у Тимати, успела провести десятки творческих работ с известными персонами — Айзой Долматовой, Катей Гордон и другими.
Начиналось все с художественной школы, а продолжилось обучением на специализации преподавателя ИЗО в местном университете. В свободное время девушка занималась боди-артом, то есть расписывала человеческие тела краской. Уроки классического искусства Дашу раздражали уже тогда. Отдушину она находила в орнаментах, изучаемых в рамках декоративно-прикладных направлений:
«Тогда я заинтересовалась мехенди и даже частично связала с ним свою дипломную работу. Мехенди — это роспись по телу хной или джагуа-гелем. Сначала надо мной немного посмеивались. Направление было не развито, люди говорили: „И что? Теперь у тебя руки оранжевые“. Преподаватели спрашивали, чем я хочу заниматься после обучения, и, услышав ответ, хмыкали».
А Даша точно знала, что нашла себя. Познакомившись с хной и орнаментами, она вычислила формулу идеального рисунка. Мехенди расцветает на теле достаточно быстро, особенно, если сравнивать с работой на холсте, при этом дольше остается нетронутым, вопреки боди-арту, смывающемуся красками в день нанесения. Сразу же за свою работу художница стала брать деньги, и, казалось бы, все складывалось идеально. Но без трудностей не обошлось:
«Хну было очень тяжело достать, я ездила в Москву и заказывала там. Весь продукт был очень плохого качества, но тогда никто и не знал, как он должен выглядеть. Люди шли. Что было, тем я и рисовала. Очень стыдно за свои первые работы, конечно, но я сразу их монетизировала, и моим первым местом работы стал парк Пушкина. Расстилала ковер, мы сидели на нем и рисовали. Владимирцев все устраивало!»
Меняя места работы, художница везде внедряла мехенди как дополнительную услугу, и эксперимент проходил успешно. Правда, сначала люди воспринимали рисунок хной как временную татуировку — просили мастера «наколоть» котиков, иероглифы и прочие неуместные штуки. Однажды Даше это надоело, она открестилась от тем востребованных и перешла исключительно на орнаменты. Стали появляться буддистско-ведические фестивали, гости которых разбираются в мехенди:
«Мы с ними друг другу полезны, но я не поддерживаю магического мышления в любом его проявлении. Мне нравится рисовать, нравится сам процесс. Работаю я без всяких подтекстов, не внедряя астрологию и прочие материи. К этому я отношусь негативно, как и некоторые другие мои коллеги».
ЭТО ИНТЕРЕСНО:«Культ» своеобразных узоров пришел из Индии. Расписанные лица и тела связаны с праздничными церемониями восточных народностей, а также представляют собой альфа-версию татуировок. К 2010-му году в России рисунки хной получили распространение только в столице; провинцию же украшали редкие мастера.
Во Владимире популяризаторством иноземного творчества почти никто не занимался, поэтому художница вошла в число локальных пионеров мехенди. Тогда же складывался облик «эсэнгэшного мехенди», как его характеризует Даша. Русские художники постепенно отделяли первозданные смыслы от визуального сопровождения, таким образом рисунки хной превратились в украшение без повода:
«Стиль характеризуется тем, что роспись в основном не плотная и похожа на орнаментальные татуировки. Рисунки обладают композицией и пространством — просто так „калякать“ закончившим худграф людям не нравилось. Мы старались привести мехенди в эстетический вид, сочетающийся с характерной для русских людей одеждой, интерьерами. Чтобы люди видели не „грязные руки“, а творческую работу».
Направление мехенди застало несколько пиков популярности. Особенно люди прибегают к узорам из хны зимой, охватывая различные части тела: руки, интимные зоны и даже все тело. «Событийное мехенди» плотно вошло в нашу жизнь. Перед фотосессиями, концертами и фестивалями люди приходят к мастерам, чтобы удивительным образом видоизмениться на несколько дней, — такие произведения искусства мимолетны, стираются с кожи буквально за полторы недели. Кроме того, мехенди — это классный медитативный процесс и для художника, и для клиента.
«Думаю, лучше всего мехенди прижилось в Америке. Например, рисунки хной появляются в одном из клипов Мадонны, после чего и другие звезды стали расписывать руки. Криво, но все-таки. Этнические штуки не обязаны обладать композицией, техника исполнения не важна. Что касается русских мастеров, то ситуация интересная: из-за большой конкуренции в любой творческой сфере люди постоянно обучаются, повышают профессиональный уровень и к работе подходят серьезно. По мехенди квалификацию художника определить просто. Допустим, первые мои попытки рисунка хной и нынешние — совершенно разные вещи».
«Непрофессионализм» 2010-х характерен для мастеров всего мира, подозревает Даша. Однако, за недолгий срок художники так прокачались! Сейчас ломают голову, как бы самих себя перерасти. Мехенди социализировался, дикий рисунок стал частью поп-культуры. Отличием русских мастеров художница считает усидчивость, внимание к каждой детали — возможно, причиной тому уже упомянутая конкуренция. Но обязательно в процессе участвует личное стремление себя перебороть, создать удивительный продукт.
Из-за карантина Даша дистанцировалась от людей, и, соответственно, на некоторое время о мехенди пришлось забыть. Творческие потоки девушка перенаправила в другое русло — актуальные сейчас кокошники. Первые образы с ними создавались еще во Владимире, в совокупности с боди-артом. Головные уборы собирались из подручных средств, даже коробки из-под пиццы шли в ход, но постепенно Даша отрабатывала технологию качества. Сейчас она своими руками создает необычный декор для фотосессий и даже запустила онлайн-курс, в котором ремеслу учит желающих.
«Я уже даже не знаю, что является моей основной специализацией. В этом году было очень много декора и мало мехенди. На самом деле, сейчас художников-мастеров много и у всех разный заработок. Многое зависит не только от профессионализма, но и от общительности, менеджерских качеств. Думаю, с переездом в Москву мне стало проще находить себе применение. Популяризации мехенди помогают известные личности, пытающиеся выделяться из толпы».
Даша расписывала гостей рок-фестиваля «Нашествие», за три дня покрыв хной 150 человек! Это серьезный стресс для организма — затекают спина, руки. Однако, все эти проблемы просты по сравнению с главной творческой дилеммой, говорит Даша. Постоянная работа над собой не спасает от мыслей: «Вдруг я что-то делаю не так?». Художники обесценивают свои произведения.
«А вот с клиентами все хорошо. Я люблю работать с людьми, они меня заряжают физически и морально. Недолгое время творила с Айзой Долматовой, несколько раз расписывала ей руки и, по-моему, ногу. Потом она приходила с Катей Гордон, тоже делали мехенди. Это было примерно в 2013-м году, даже показывать эти работы никому не хочу, хотя на тот момент они были качественными. Чуть позже расписывала актрису Анастасию Цветаеву. Сейчас я работаю у Тимати. Правда, ни разу его не видела и бываю в салоне редко».
Раньше, например, при трудоустройстве в салон к Айзе художница проходила кастинг. А в женское ответвление «13 by Timati» ее пригласили, нашли профиль в Instagram. К сожалению, быстро мир перешел на режим социальной дистанции, и Даша толком не успела распробовать новую должность. Зато именитые клиенты продолжают появляться на горизонте. Недавно девушка расписывала одну из оперных див «Графа Орлова» Наталью Сидорцеву, а необычные короны стали героинями клипа готик-метал группы Witchcraft и частью фотосессии для ню-модели Натали Karanlit.
«Если в салоне Тимати через меня проходили популярные артисты, то я их просто не узнала. И с блогерами знакомлюсь только после того, как они фотографию в сеть выложат. Например, Валерия Черкалина с 8 миллионами подписчиков. Сейчас я хочу самостоятельно себя блогерам предлагать, написала в Tik-Tok Илье Степанову и предложила ему свои короны для создания образов. Многие, конечно, не отвечают. А некоторые сами предлагают сотрудничество, допустим, визажист Тимур Нургалиев из „Мейкаперов“ позвал на несколько проектов».
Мехенди, как и короны-кокошники, Даша с радостью интегрирует в любой образ. Больше всего художнице нравятся национальные костюмы и наряды — индийский вайб, пусть даже стилизованный. Даже готику можно разбавить разноцветными узорами, было бы желание. Каждый сезон мастера обновляют свои эскизы, предлагая желающим все новые и новые орнаменты:
«Сезонность касается и места расположения. Сразу скажу, что с рук хна быстрее стирается, и работа занимает немало времени. Покрыть узором руки в минутах занимает столько же, сколько роспись спины с попой. Допустим, полтора часа. А все тело можно разрисовать за 12 часов. Когда появляются клиенты с подобным запросом, говорю им: «Приходите в 10 утра, закончим... когда-нибудь!».
Перед выступлениями покрывают «временной татуировкой» тело танцоры, девушки в основном преображаются перед фотосессиями или поездками на моря, но особо изощренные в подарках леди преподносят мехенди как праздничный сюрприз для своих мужчин. Почему бы и нет? Индийское украшение дополняет образы клиенток Даши, добавляя каждой королеве особого шарма.
