«Невозмутимый радостный воин» — многочастная история личностной борьбы

Владимирский автор электронной (читай: очень необычной электронной) музыки Илья Чертков выпустил свой первый серьёзный сольный альбом. За именем «Войцех», переводимым с польского как «невозмутимый радостный воин», многочастная история личностной борьбы. С 2018 года под псевдонимом mal0 автор узкоспециализированного канала про историю музыки «Сэмплоделика | Статьи о музыке» работал над большим релизом. В вялотекущем режиме, путём переосмыслений и поиска идеального звучания только в 2022-м Илья пришёл к финалу и выпустил альбом на лейбле Spiralmind Records. «Войцеха» можно слушать. Обязательно по порядку, с чувством, толком, расстановкой, ведь только совокупность инструментальных композиций с редкими текстовыми вставками (весьма витиеватыми, как и названия дорожек) обеспечит полноценное погружение в историю. К альбому прилагается большой буклет с пояснениями и полезной информацией для слушателя.

— Почему «Войцеха» ты называешь первой серьёзной работой? Она серьёзна с точки зрения звучания, продакшна или авторства в целом?

— Я в принципе к музыке серьёзно отношусь и почти никогда не делаю ничего просто так. Хотя «Войцех» всё-таки стоит над всем, что я делал ранее (уточню: делал один), потому что это именно альбом-высказывание, альбом-исповедь — через эту музыку и голосовые вставки между композициями я говорю о себе, о своём месте в мире, своём взрослении и меняющемся окружении, об отношениях с близкими, о мироощущении и сложностях, которые ранее не давали вздохнуть полной грудью и творчески раскрыться. Если другие работы выросли вокруг некоторой небольшой идеи или возможности, и по сути они были поиском, экспериментами, коротким заявлением в духе «смотрите, я ещё живой и пишу какую-то музыку», то «Войцех» звучит именно так, как я хочу, содержит множество идей и смыслов, о которых я хочу говорить, фактически демонстрирует меня как музыканта и как человека со всеми моими тараканами.

— С 2018 года ты работал над инструменталом. Почему так долго? Какой концепт связывает все композиции, почему трудно было дойти до идеальной комбинации кусочков?

— Я музыкант-самоучка. Мне всегда было сложно самоопределиться: амбиции кричали о композиторстве, реальность говорила о bedroom-музицировании, периодически я играл что-то экспериментальное, сотрудничал с поэтами и художниками как кто-то, кто может сделать импровизационный шумовой подклад. Иногда писал что-то «нормальное» и «понятное». Но у меня не было мощной базы, и в 2018 году я впервые осознал, что выразительные средства кончились, сказать мне больше нечего и я достиг своего потолка. Пришлось искать себя в других сферах, много читать, заводить знакомства с опытными музыкантами, проходить всевозможные курсы и тревожить владимирских педагогов. Тогда же я завёл музыкальный дневник и стал выписывать все интересующие меня вещи в музыке, придумывать концепции, сохранять цитаты и даже просто зацепившие меня фразы из книг и документальных фильмов, лекций и подкастов. Постепенно я смог понять, как хочу звучать и какой должна быть моя музыка. Вот именно моя, целиком. Самой музыки тогда не было, но я чётко очерчивал грани и идеи, смыслы. Описывал проблемы, которые меня гнетут, и вещи, которые радуют. Что-то пробовал в БКТТ, что-то в проходных работах, что-то пытался уже выпускать сольно (см. дилогию «Бокоплав»).

Тогда сформировался идеализированный звук «Войцеха», его идея: высказаться, выкрикнуть даже, подвести черту, обозначить себя, избавиться от проблем. Но чтобы всему научиться, освоить все необходимые техники, получить все нужные знания, мне потребовалось несколько лет, за которые я заново и учился сводить, сочинять, заново осваивал историю и теорию музыки. И постоянно держал в голове свой идеальный звук.

— Идеальное звучание — какое оно?

— Деликатное и насыщенное. Мне нравится, когда каждую секунду что-то меняется, есть много слоёв для вслушивания и каждый раз можно открывать что-то новое. Например, большинство композиций у меня не имеют чёткого темпа: он меняется каждые пару секунд, плюс-минус 1-10 ударов в минуту. Это не сразу заметно, но на «Субстанции апельсина» слышится отчётливо. Есть шёпот, говорящий определённые слова. Есть инструменты, играющие в непривычном контексте. Есть цитаты и отсылки на собственные работы, даже в рамках самого альбома. Я люблю, когда у фортепиано слышно множество нюансов: от звука нажатия на клавиши до звука прикосновения к ней, а сам тембр чистый и яркий. Когда синтезаторы ведут себя порой непредсказуемо. Когда деталей так много, что можно потеряться. Когда много нестандартных размеров, пауз, контрастов, странные гармонии. Я всё это очень люблю и, насколько смог, насытил подобными вещами свой альбом. Всё сложилось само собой.

Фото из архива Ильи Черткова

— Ты дописал альбом буквально за неделю. Какую часть работы удалось выполнить в настолько сжатые сроки? К чему такая спешка?

— За неделю я написал фортепианные пьески, которые легли в основу «Войцеха». У меня была очень вдохновляющая коллаборация с Леонидом Чуриловым (A-BELL, музыкант из Минска): мы записали фантастический эмбиент-альбом про нерп на берегу кислотного моря Каллисто, спутника Сатурна. Мы назвались «Volkaść Grzybowa» (Волькасть Гжебова по западно-белорусски, что переводится как шутливое «сырость грибная»).

Я в полной мере развернулся со своим приборчиком, переводящим микроизменения на поверхности растений в ноты. И создал необычные саундскейпы, которые уже Леонид дополнил своим фирменным нойз-синтетическим звучанием, собрал в композиции. Издались мы на Мальте, я был очень воодушевлён и предложил Леониду следующую работу: с меня минималистичные фортепианные пьесы, а с него их интерпретация и оформление в эмбиент. Но что-то у нас идейно не сложилось, да и Леонид оказался очень занят, а процесс уже был запущен. И я бросил себе вызов: сделаю 7 пьес за 7 дней. Так и вышло. Они были без названия, но как-то максимально коррелировали со всем, чего я вообще ждал от музыки. И я понял: вот оно! Тот самый идеальный звук вырывается наружу. Подождав ещё месяц и продумав всё, что я хочу сделать, приобретя все необходимые инструменты и сложив все «за» и «против», я приступил к работе уже непосредственно над «Войцехом». Она (работа), конечно, заняла сильно больше недели, но всё равно двигалась быстро: за пару месяцев альбом был готов целиком.

— «Войцех» — это целостное произведение, части которого нужно слушать по порядку? Названия у «глав» странные. Исходя из чего они формулировались?

— Да, это полноценное высказывание, от первой композиции до последней. Слушать строго по порядку. «У всего есть начало» — это иллюстрация того сумбура и раздрая, который творился в душе в 2018-м. Следующие три композиции демонстрируют постепенный уход близких от меня и меня от близких, а также вылезание из уже успевшего немного окаменеть творческого кокона. Средняя композиция «Субстанция апельсина» — это обнуление, возвращение в детство и сохранение в душе всего лучшего, что я могу вспомнить. Ну а дальше — триптих про современность, принятие себя нового и своего нового творческого пути. Последняя композиция — практически саундтрек к самураю, который ушёл в лес, зарыл свою катану под деревом, сел у ручья, выдохнул и впервые смог сыграть музыку на старой флейте.

А что касается названий — они как раз из 2018-го, из того самого дневника. Записав «Войцеха», я понял, что, если говорить о содержании слишком прямолинейно, я обезоружу слушателя. Он не сможет там найти ничего своего. Поэтому вспомнил про фразы, выбрал те, что идеально по смыслу передают содержание и так и оставил. Кстати, Семён Баев, помогавший с текстовыми вставками и их начиткой (он же нарисовал обложку), тоже настоял, чтобы они были более-менее абстрактными и лишь косвенно намекали на содержание композиций и общую идею. Мне показалось это очень логичным и правильным.

— Эта работа задает тон дальнейшим работам mal0?

— Я не знаю, что буду делать в будущем. Я бы не хотел задерживаться в одном звучании: хочется слишком много всего попробовать. Сейчас я работаю над пространственным произведением для переносной 8-канальной системы. Дорабатываю произведение про сонный паралич, которое будет сыграно на нойз-коробке по графической партитуре. Это тоже mal0. Не сложилось у меня с «мамами», хотя я подумываю как-то к этой работе всё-таки вернуться — и это тоже mal0. Сущность проекта очень проста: это только я, моя личная музыка и мои высказывания, какими бы они ни были. Ранее под этим никнеймом я успел сделать и произведение на энцефалограммах спящего японца, и какое-то странное intelligent techno, и грустную дилогию про рачка-бокоплава, и длинный эмбиент про голоценовое вымирание. А слово «mal0» вообще очень ироничное, потому что «мало» я не умею и у меня всегда получается «много».

— Реально ли с многоплановой музыкой «Войцеха» выступать? Или ты вообще не планируешь выступать, оставишь материал в «строгом порядке» на электронных носителях?

— Я думал об этом и даже обращался к Диме Ленскому, горячо любимому многими и уважаемому владимирскому пианисту. Мы обсуждали это, договаривались, я скидывал ему композиции по мере готовности. Но пока что у меня не складывается картинка: я такой себе лайв-музыкант — всё-таки привык больше к студии и компьютеру. И времени не хватает катастрофически. Если это готовить, то долго и всерьёз, а пока что так не получается. Конечно, я не вижу лайв-презентацию «Войцеха» без приглашённых артистов: даже Руслана, сыгравшего на трубе в интро, очень хотелось бы позвать. И Семён Баев чтобы в конце сыграл на своей японской флейте. И Семён Здесь с Машей чтобы поиграли и пошумели. Но пока что, пожалуй, обойдёмся без выступлений. До лучших времён.