Как владимирский журналист бросил всё ради любви и стал своим в Перу

— Почти вся моя родня на Владимирщине: они из поселка имени Воровского в Судогодском районе. Это родина моей бабушки, которая уехала на Камчатку после института в 50-х годах. Каждый раз, навещая родственников, мы проезжали через Владимир или останавливались там на несколько дней. Его улицы, музеи, магазинчики — одни из первых картинок в моей памяти. Уже перед тем как поступить в Московский государственный институт культуры, я провел во Владимире целое лето. Это были одни из самых волшебных моментов в жизни: солнечные дни, голубое небо над храмами и уютными невысокими домами, приветливые люди, всегда спокойные и улыбчивые, и природа — леса и поля до самого горизонта. Я упивался городом, совершенным во всех отношениях. И думал про себя каждую минуту, какую ошибку совершил, поступив в Москву. Когда закончил универ, не было никаких сомнений, где жить дальше. Стал работать на местном ТВ, что помогло мне узнать региональную столицу изнутри: мне всегда давали возможность рассказать об увиденном своими словами и в своем стиле, за что я благодарен коллегам. Они для меня словно семья. Как и наша музыкальная группа Enine, которая помогла раскрыть другую, важную часть меня, а я привнес в звучание коллектива северный колорит: игру на шаманском бубне, варгане и горловое пение.

— Драйв был везде, но я всё же больше музыкант, чем журналист. Группа держала меня в большем накале. Репортаж — вещь упорядоченная: к моменту выхода в эфир ты уже спокоен. А в музыке важно то, что происходит здесь и сейчас.

— И мыслей таких не было. Но на Камчатке заболел родственник, и я должен был быть рядом. Пришлось оставить всё: работу, группу, друзей. И уже там, в Палане, произошло поворотное событие в моей жизни.

— Я провел в Палане год. Работал везде, где мог пригодиться: в библиотеке, газете. И как раз тогда туда приехала перуанка Сэйла — для тихого городка, затерянного в тундре, событие невероятное. Думаю, она первый гость из Перу в наших краях. Люди болтали об этом в магазинах и на улицах. Даже дети бегали по городу с криками: «Перуанка! Перуанка!» Сэйла приехала в качестве волонтера преподавать английский. Я же время от времени помогал нашей школе с тематическими уроками и презентациями. Там и встретились. Приехать на Камчатку Сэйле посоветовали ее русские друзья из Москвы и Казани. В этом смысле она храброе сердце: не побоялась проехать через всю Россию, не зная, что ее ждет на Севере. Совсем как моя бабушка когда-то.

— С первых минут. Раньше, когда я встречал кого-то, всегда чувствовал, что чего-то не хватает в отношениях. А тут сразу стало понятно: это она! Мы были вместе все те месяцы, что она оставалась в Палане, почти до Нового года. Но обстоятельства вынудили ее вернуться в Перу, и я решился ехать за ней. Так, в 2019 году мне в очередной раз пришлось оставить всё и начать жизнь с чистого листа.

Улетал в неизвестность, в страну, которую видел только в книжках, — такая затея может показаться безумием, и я сам это осознавал. В аэропорту Москвы появилось ощущение, что я стою на границе миров. Это жуткое и потрясающее впечатление одновременно. И я просто шагнул дальше, перестав думать о чем-либо.

— После четырех дней пути я был просто не в себе, чтобы спокойно осознать новую реальность. Жара на выходе из аэропорта, объятия любимой, долгий путь до дома через солнечный город, полный пальм. Другой мир, другой воздух, другое мышление и язык — всё это перегружало мозг сверх меры. Но постепенно придя в себя, я начал чувствовать Лиму. Первое время тяжело давалось слышать разговоры вокруг, не имея возможности принять в них участие. В России, куда бы я ни поехал, всегда оставался в зоне комфорта. В Лиме такой зоной комфорта была лишь Сэйла, с которой мы общались по-английски. При этом неожиданно легко сложились отношения с ее отцом. С первых дней мы много говорили об истории, наших странах, а Сэйла находилась рядом в качестве переводчика. Месяцами слушая жену в кругу ее семьи и друзей, слушая людей на улицах, я впитывал в себя перуанский испанский. И уже через полгода пребывания здесь начал говорить — фразы складывались сами собой.

— Во-первых, отношением к работе. В Перу нет сильной господдержки, люди с малых лет рассчитывают только на себя. Значительная часть населения живет своим делом, мелким или средним бизнесом. Люди невероятно трудолюбивы, работают по 6 — 7 дней в неделю с раннего утра и до последнего клиента.

Во-вторых, климат. Тут не бывает осени и весны, лишь зима и лето сменяют друг друга. Зима длится с конца мая до сентября. Она как наша ранняя осень на Камчатке: вокруг прохлада и свежесть. И затем в октябре ты просто просыпаешься одним утром — а за окном лето.

Само собой, меня ошеломили пейзажи и природа. Я привык к тундре, лесам и полям Владимирской области. Перу словно другая планета. Страна разделена на три зоны: Коста (побережье), Сьерра (горная цепь Анд) и Сельва (джунгли Амазонии). Лима — это как раз прибрежная зона.

Иностранцев, как правило, привлекает «Путь инков». Знаменитый высокогорный пешеходный маршрут в Перу протяженностью около 43 км, пролегающий по древней мощеной дороге к затерянному городу Мачу-Пикчу. У каждой провинции своя история. Я ходил по многим долинам, которые почти никто из приезжих не посещает. Это словно оказаться в Средиземье Толкина.

Мои же любимые места высоко в Андах. Пару часов езды — и ты у подножия величественных гор. Волшебное место. Туда я отправляюсь, когда скучаю по снегу.

А еще Перу — гастрономический рай. Каждый день можно дегустировать новое блюдо, и даже так не попробуешь их все. Страна богата всевозможными овощами, травами, фруктами, которые используются в рецептах. Одно из знаменитых блюд — севиче: свежая рыба, маринованная в соке лайма с острым перцем. Подается с бататом и кукурузой. Вкус невероятный. Обычно я заказываю «морское трио»: севиче, кусочки жареной рыбы в панировке и рис с морепродуктами. Это моя воскресная традиция. Пальчики оближешь! А любимый напиток — Чича Морада. Он известен со времен инков и готовится на основе фиолетовой кукурузы, ананаса, айвы (или яблок), корицы и гвоздики. В общем, тема перуанской кулинарии требует отдельного рассказа.

— Отношение к приезжим более чем уважительное. А если ты русский — значит, брат. Одна из причин — долгая история отношений двух стран со времен Советского Союза. Многие перуанцы выучились в СССР и до сих пор говорят на русском. Я встречал этих людей, провел многие часы, слушая их рассказы. Здесь помнят, как русские помогали восстанавливать страну после страшного землетрясения в 70-х, и до сих пор благодарны.

— Как я говорил, перуанцы — усердные и прилежные работники, не теряющие ни одной минуты, если это поможет семье и детям. И это то, в чем я беру с них пример. А вот что показалось забавным, так это «перуанская пунктуальность». Если встреча назначена на 18:00, можно спокойно приходить к 18:30: раньше никого не будет. Нужно просто расслабиться и принять сей факт.

— Моя основная работа — частные курсы русского языка, в основном для студентов, которые хотят продолжить обучение в России. Плюс тружусь в качестве фотографа и видеографа. Тот факт, что я иностранец, только добавляет очков, когда люди выбирают, к кому обратиться. Конечно, это другая реальность. В России у меня имелась стабильная зарплата. Сейчас я работаю сам на себя, говоря при этом на другом языке в городе на другом конце земного шара. Вот такие перемены!

— Конечно! Музыка — часть меня, я не могу существовать без нее. Последние годы я всё свое время в первую очередь посвящал семье и работе, но и музыку не забывал. И, думаю, близок к тому, чтобы презентовать ее.

— Мне нередко снится, как я в спешке захожу в наш офис на ТВ, сажусь за свой стол, где всё так же, как я и оставил, снова смотрю расписание на день, чтобы узнать, куда поеду снимать репортаж. А рядом за теми же столами знакомые лица — мои друзья, такие, какими я их запомнил. Скучаю по ним.

— Летний вечер в деревне, и я стоял бы в дверях старой деревянной бани, глядя на лес после дождя.

— Я и моя жена Сэйла идем, держась за руки по дороге. С одной стороны город, с другой — горы и лес. Это наша жизнь. Между безостановочным ритмом Лимы и тихой природой, где наши сердца живут по-настоящему и куда мы отправляемся время от времени «перезарядить батарейки».

— Знаешь, я нашел человека, с которым мы свои в любом месте. Жду не дождусь момента, когда смогу приехать с Сэйлой во Владимир и показать ей свой любимый город, по которому так скучаю.